user

Олегу Молчану присуждена награда в сфере авторского права

5 декабря, 2019

Олегу Молчану присуждена награда Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС) за международные успехи в развитии авторского права. 11 декабря вдова композитора Ирина Видова получит награду, адресованную Олегу Молчану, который скончался 26 октября на 55-году жизни.

Руководство Национального центра интеллектуальной собственности (НЦИС) представило кандидатуру Олега Молчана к награде Всемирной организации интеллектуальной собственности в сентябре нынешнего года. В октябре в Женеве, когда Олег Молчан находился на лечении в женевской клинике, его кандидатура была утверждена руководством ВОИС. Награды ВОИС являются наградами высшей категории и присуждаются кандидатам, которые внесли заметный вклад в культурное, социальное и экономическое развитие в сфере авторского права и смежных прав. Эта награда отмечает заслуги авторов, чей творческий гений и фантазия подарили миру произведения, оказавшие огромное влияние на нашу жизнь, а также тех, чьи усилия были направлены на формирование уважения к творческой деятельности. При отборе кандидатов оценивается вклад претендентов в культурное или экономическое развитие страны, уровень публичного интереса к их личности и возможность предложить их в качестве примера для окружающих.

Как рассказала «АиФ» Ирина ВИДОВА, Олег Молчан неоднократно защищал свое авторское право в досудебном порядке, считал это вопросом внутренним, профессиональным, не стоящими того, чтобы выносить его на обсуждение общественности.

– Так было до 2015 г. до «громкого» дела о переработке композиции «Малітва», да и «громким» оно стало по инициативе нарушителей. Сам Олег Владимирович какие-либо комментарии давал только после решения суда. В таких ситуациях он всегда проявлял правовую культуру.

То дело Молчан выиграл, оно стало практикобразующим в стране. Решением Верховного суда Олег Молчан был признан единственным владельцем исключительного права на произведение «Малітва». Нарушителей суд обязал выплатить компенсацию в размере 50 базовых величин.

Благодаря возросшему авторитету среди авторов в 2015 г. Олег Молчан был избран Председателем Авторского совета НЦИС. На одном из советов была озвучена проблема систематической неуплаты операторов кабельного телевидения авторского вознаграждения, многолетнего игнорирования обращений сотрудников НЦИС. В результате активной деятельности Олега Молчана и его супруги и соавтора Ирины Видовой, а также других авторов, в 2016-2017 гг. десятки дел в Верховном суде против кабельных операторов были выиграны. И наконец, кабельными операторами были заключены договоры с НЦИС, что позволило увеличить сборы авторского вознаграждения на 30%.

Ранее, в 2009 г., Олег Молчан способствовал заключению договора между ОНТ и НЦИС, что привело к увеличению сборов для авторов. Теле- и радиоканалы являются крупнейшими пользователями авторского продукта, и своевременные регулярные выплаты, которые должны производиться по факту каждого использования песни или мелодии, являются неотъемлемой частью дохода музыкантов и композиторов.

– Практически вся моя музыка государством не закуплена. Раньше была практика, когда телерадиокомпания закупает произведения, и они уже обладают правом использовать песни по собственному усмотрению. На «Малітву», прозвучавшую в Мирском замке, прав нет вообще ни у кого, – так говорил об этой ситуации Молчан.

Олег Молчан написал письма в КГК, в Администрацию президента, в Комитет по науке и технологиям, и в итоге получил официальное заключение: ОНТ нарушило законодательство в части соблюдения авторского права. Композитором была направлена официальная претензия, и путем переговоров был заключен договор с телеканалом, который не платил авторское вознаграждение со дня своего создания.

3 июля 2018 г. Олег Молчан был избран Президентом Евразийской конфедерации обществ правообладателей (ЕАКОП). А в сентябре 2018 г. написал письмо на имя председателя постоянной комиссии Национального собрания по образованию, науке и культуре Игоря Марзалюка и добился включения авторов в рабочие группы для обсуждения нового законопроекта об Авторском и смежном праве. Выступал в парламенте, на рабочих заседаниях. Выражал озабоченность в связи с предложением снизить в 10 раз размер минимальной компенсации за нарушение авторских прав и предложением освободить операторов электросвязи от ответственности в форме компенсации за нарушение авторских прав, совершаемое ими при распространении телепрограмм, включенных обязательный общедоступный пакет.

– Только те цифры, которые представлены сегодня в Авторском законе, могут побудить, заставить нарушителей уважительно относиться к авторским правам и, заплатив ощутимый штраф, впредь его не нарушать. При утверждении парламентом в законе одной базовой величины эта система рассыплется, и авторы и правообладатели будут лишены возможности полноценно защищать свои права. Согласитесь, сумма компенсации в 24 рублей 50 копеек вряд ли заставит серьезно задуматься нарушителя авторского права. Деньги снова начнут оседать «в карманах» частных компаний и предпринимателей, а создателей национальной культуры попросту будет нечем поддерживать, стимулировать к созданию новых творений. Потому что сбор авторского вознаграждения напрямую связан с самофинансированием нашей культуры, – говорил Молчан.

Правда, закон был принят парламентом без учета замечаний авторов в день, когда Олег Молчан оказался на госпитализации в РНПЦ им. Александрова. Но в принятии новой редакции закона Олег Молчан видел и прогрессивные тенденции: возможность защиты и для обладателей смежного права, а также регулирование вопросов сбора вознаграждения за воспроизведение произведений в личных целях (частное копирование).

В последний год Олег Молчан много внимания уделял становлению общественного объединения «Белорусское общество авторов, исполнителей и иных правообладателей», председателем совета которого он был избран 13 декабря 2018 г. Были приняты около 50 заявлений новых членов общества, известных активным отношением к защите своих авторских прав, реорганизована система управления. Сейчас предполагается создание фонда имени Олега Молчана для поддержки творческих проектов и деятелей культуры.

Рождение песни

3 августа, 2019

Композитор Олег Молчан – о Владимире Мулявине, работе с «Песнярами» и юбилее «Молитвы»

Пожалуй, самая известная композиция ансамбля «Песняры» постсоветского периода — «Молитва» на стихи Янки Купалы, которая в исполнении Владимира Мулявина доводила зал буквально до слез. Песня, написанная в 1994 году, продолжает жить и после смерти великого песняра — в многочисленных переложениях для ведущих музыкантов и хоров. Автором музыки духовного гимна Беларуси стал композитор Олег Молчан, долгое время бывший музыкальным руководителем легендарного коллектива.

— Олег, расскажите, как вы встретились с Мулявиным и легко ли было попасть в обойму «Песняров»?

— Познакомил меня с Владимиром Георгиевичем популярный поэт-песенник Александр Кузьмич Легчилов, многие исполняли песни на его тексты. Тогда шел год юбилея Франциска Скорины, который широко отмечался, и Легчилов предложил создать программу — у него было несколько тематических стихотворений. Чем хороша молодость: она, с одной стороны, наивна, а с другой — берешься за все. С упорством, с активностью. Проблема всегда стоит одна, почему так часто и возникают у исполнителей и авторов разговоры: а кто эту песню толкать будет? Ее мало написать, надо правильно выбрать исполнителя, и чтобы она еще пошла в народ. И Легчилов тогда взялся за продюсирование: программу сперва показали Ярмоленко и «Сябрам», потом еще кому-то, но всем она не подходила то по стилю, то по каким-то еще причинам. И однажды я услышал от Легчилова: «Знаешь, я договорился с Мулявиным». А мне «Песняры», честно скажу, всегда нравились — коллектив, в котором работали хорошие музыканты, каждый из которых не просто играл, а был величиной. Помню, как пришел в филармонию Мулявин, какое впечатление на меня произвел — очень по-европейски выглядел, мне всегда нравились его фирменные кепки. Пришел он, первую песню послушал, вторую, третью, четвертую, спросил: «А что завтра делаешь? На студию можешь приехать? Давай, начинай делать программу с завтрашнего дня, ребята помогут!»

— Каким он был в общении?

— Часто читаю интервью молодых музыкантов: «Мулявин со мной долгими вечерами говорил о творчестве…» — и смеюсь — да он вообще ни с кем не говорил о творчестве! Он им занимался. На вопросы предпочитал отшучиваться. Но я однажды все-таки выяснил, почему он сразу взял тогда мою программу, даже не дослушав до конца. «Потому что, — сказал, — из четырех сыгранных песен одна уже была настоящая — «Маргарита». Мне этого было достаточно!» Личностью Мулявин был многогранной и большой. Не просто артист, а и композитор, и аранжировщик, и гитарист, и исполнитель.

— Ведь и консерваторию вам ради Мулявина пришлось бросить…

— Пришлось в конце концов! Мне Мулявин предложил работу в коллективе, и все ребята к этому хорошо отнеслись — и Мисевич, и Дайнеко, и остальные. Но у меня были другие планы в тот момент, я в 1991-м как раз собирался поступать в консерваторию на композицию. Там только очное обучение, и мы договорились так: я работаю с «Песнярами» как аранжировщик, но выезжаю на большие концерты — в Москву, в Ленинград… Таким образом мы сделали немало песен — и часто в режиме аврала. Мулявин звонил: «Слушай, завтра нужна аранжировка «Девы Марии», съемка в концертном зале «Россия», «Первый канал», надо срочно!» Как мы эту песню записывали — это отдельная история, достойная книги. Я же спешку всегда терпеть не мог, потом привык. Хотя ругался: «Георгич, как мне надоело тушить ваши песняровские пожары!» Но в этом тоже проявляется твой профессионализм — чтобы и в таких условиях сработать качественно и хорошо. И не списывать на то, что «мне только накануне сказали, ну я и схалтурил».

— Если вспомнить: как создавался духовный гимн белорусов?

— «Молитва» — не первая моя песня, которую исполнил Мулявин. Вообще, у меня целый хоровой цикл на стихи Янки Купалы. Но именно эта композиция… Весной 1994-го Владимир Георгиевич принес пару сборников с закладками, сделанными Светланой Пенкиной: «Напиши балладу, только чтобы мощно получилось!» К слову, именно Пенкина помогала компилировать текст. Я его в голову закинул и начал крутить… И никак не мог найти отправную точку. Можно бы и в виде вальса эту вещь сделать, и медленную, но все выходит как-то не то: идет профессиональное выполнение работы по освоению текста Купалы, а искра не пробегает. А я и тогда, и сейчас, хоть нечасто, но захожу в Свято-Духов собор, и именно энергетика православной литургии мне в итоге помогла. Мулявин с его опытом мог это переварить и потянуть, он понял мой посыл и донес его до слушателей. Так вот, «Молитву» я сделал, но Мулявину ничего не сказал. У нас игра такая была — мы же крутые мужики, друг друга не хвалим, все и так делают все как надо. За несколько дней сделал аранжировку. Позвали Мулявина, я ему показал «Молитву», напел как мог, смотрю — проняло. Виду не показывает, но проняло. Ноты забрал и пропал на неделю. Потом звонит: «Ну что, давай запишем». Собрались — и практически с одного дубля он так сделал песню!.. Все только головами качали: ничего себе. Так что «Молитва», по сути, не эстрадная песня, не поп-музыка. Вот почему я прошу не портить ее неподходящим исполнением: я автор, у меня тоже есть свое видение! Удачным считаю переложение, которое я сделал для архиерейского хора Свято-Духова кафедрального собора по просьбе регента: на ХХVII Московском Пасхальном фестивале в 2018 году зал буквально взорвался, люди четыре минуты стоя аплодировали белорусскому хору.

— Кстати, какие у Владимира Георгиевича были отношения с классической поэзией, как он выбирал тексты?

— Ему подсказывала Светлана Пенкина, она многое находила: например, «Обманите меня» Максимилиана Волошина, «Христос воскрес», про «Молитву» мы уже говорили… Когда она видела, что ему неплохо было бы спеть тот или иной текст, она его предлагала.

— Сейчас замечаю какой-то новый тренд — чаще принято Светлану Пенкину ругать, чем хвалить… По своему опыту могу сказать, что она была человеком интересным, но и сложным.

— У Пенкиной были свои плюсы и минусы, она могла невольно обидеть человека, сама того не замечая, но мы с ней общались до конца ее дней. И надо сказать, она приносила пользу ансамблю, не надо выдумывать, что она все разваливала. И на моей памяти поэзия в творчество Мулявина во многом попадала из ее рук.

— Фирма «Мелодия» готовит к выпуску ностальгический диск с вашими песнями, созданными для ансамбля «Песняры». Что в него войдет?

— «Мелодия» делает очень серьезный релиз — и с моими собственными композициями, и с обработками песен, сделанными мной для ансамбля, и с современными версиями, которые исполняют сейчас, к примеру, Анатолий Кашепаров и Леонид Борткевич. Выйдет два диска, в общей сложности 35 песен. И впервые издается полностью цикл о Франциске Скорине, с которого началось мое сотрудничество с «Песнярами» и с Мулявиным.

Фото: Михаил Маруга

«Когда я запрещал петь «Малітву», на меня обижались»

13 июля, 2019

25 лет назад родилась главная песня новейшей истории Беларуси

«Комсомолка» узнала у композитора Олега Молчана, почему он противится тому, чтобы написанный им ключевой номер «Песняров» 1990-х пели все желающие.

В этом году юбилейными концертами отмечается 50-летия со дня основания ансамбля «Песняры». Прошли они и четверть века назад по поводу 25-летия, когда была жив лидер коллектива Владимир Мулявин. Как и в 2019-м, в 1994-м был концерт на «Славянском базаре», где коллектив представил, среди прочего, программу «Голос души». Ее кульминационным номером стала песня Олега Молчана «Малітва». С тех пор она не раз становилась финальным аккордом «песняровских» концертов.

Песняры Молитва О.Молчан-Я.Купала исп.В.Мулявин

1994 год. Премьерное исполнение песни на 25-летии ансамбля “Песняры”, “Славянский базар”, Витебск. Малiтва (муз.А.Молчан, сл.Я.Купала)

«Малітва» написана на компиляцию строф из двух стихотворений-молитв Янки Купалы. Их принес Олегу Молчану, тогда пианисту и аранжировщику ансамбля, сам Мулявин. Хотел, чтобы молодой автор после успешных «Кумы» и «Обманите меня» написал для него балладу.

Олег Молчан четверть века назад и сегодня: артист “Песняров” и маститый композитор. Фото: Михаил Маруга (из архива Олега Молчана)

– Меня, в отличие от уже загоревшегося идеей Мулявина, смутил приличный объем. Но Георгиевич был готов петь долго – только напиши хорошую музыку, – рассказывает Олег Владимирович. – А сразу это не удавалось, работалось тяжело, я примерялся к разным вариантам и все отметал: мне хотелось, чтобы это был гимн, а в то же время музыка, понятная каждому. Ну, и важно было попасть в Мулявина-исполнителя, чью фактуру я уже прекрасно знал, понимал и то, что номер войдет в духовную программу «Песняров» – «Голос души». Кстати, и первый духовный посыл ощутил в Свято-Духовом кафедральном соборе, когда услышал там молитву «Отче наш». Она меня зарядила, как-то прояснила посыл: песня должна прозвучать молитвой за всех нас.

А собственно идея пришла композитору на гастролях – на фестивале «Звездный прибой» в Крыму, где «Песняры» жили на пароходе:

– Рояля и даже розетки для синтезатора в каюте не было, потому я наиграл первый вариант мелодии на гитаре. А уже в Минске сделал аранжировку и показал ее Мулявину. Он забрал ноты, и через несколько дней, приехав на студию, записал «Малітву» буквально с пары дублей. Я тогда поразился, как эта песня подходит Мулявину. Не зря ее до сих пор частенько приписывают Владимиру Георгиевичу.

Правда, после смерти Мулявина попытки спеть «Малітву» другими артистами, взрослыми или детьми, композитора не впечатляют. Он говорит, что у этой песни появился эталонный исполнитель, как Шаляпин для «Вдоль по Питерской» и Козловский для «Вечернего звона». «Других мне искать и не хочется», – признается Молчан.

– Потому в свое время и принял решение не давать всем разрешение на ее исполнение. Многие на меня тогда обиделись, но для меня очевидно: люди не понимали, что они поют, какую песню. Думали, что взялись за эстрадную балладу, но это ведь не только песня – это и духовная работа! Не случайно я сделал специальную аранжировку для хора Свято-Духова кафедрального собора. Вообще, чем дальше, тем больше «Малітва» мне видится сочинением не для эстрадного, а для хорового исполнения. Может, в этом и ее сила – она не привязана, не замкнута в каком-то стиле. Это просто музыка, но – обращенная к высшему. Чтобы иметь такую духовность, нужно иметь опыт и мудрость, как в свое время была у Мулявина.

Moлитва (О.Молчан-Я.Купала) – Хор Свято-Духова собора

Молитва (муз. О.Молчан, сл.Я.Купала) в исполнении архиерейского хора Минского Свято-Духова кафедрального собора.

“Песняры” 1990-х оказались мощным составом и создали немало известных песен. Фото: Михаил Маруга (из архива Олега Молчана)

Теперь Олегу Молчану больше по душе так называемые инсталляции, когда артисты на том или ином концерте поют по кусочку, а потом вступают хором на последних припевах:

– Все звучат грандиозно, величественно, это поднимает дух. Мне как композитору показалось решение это самым правильным на сегодня.

Молитва (О.Молчан-Я.Купала)-Л.Борткевич, А.Кашепаров, И.Видова, Хорошки

Сегодня Олег Молчан готовит солидное издание на московской фирме «Мелодия» к 50-летию «Песняров» – это песни композитора в исполнении как ансамбля, так и отдельных его солистов в разное время. Скоро уйдут в печать коллекционный винил и двойной CD-релиз, куда попадет около 35 вещей. В том числе будут там и варианты хитов Молчана. Ведь одну только песню «Юность» изначально пел в ансамбле Игорь Пеня, но потом к ней обращались и Владимир Мулявин, и Анатолий Кашепаров, и Вадим Косенко.

Фото: Михаил Маруга (из архива Олега Молчана)

Автор: Сергей Трефилов

Алег Молчан: “Я заўсёды быў на баку Мулявіна”

30 марта, 2019

Ён застанецца ў гісторыі “Песняроў” хаця б праз тое, што напісаў музыку да геніяльнай “Малітвы”: калі я бачу па тэлевізары тыя архіўныя кадры, у мяне разам з Уладзімірам Мулявіным па шчоках коцяцца слёзы. Але было б найвялікшай несправядлівасцю назваць Алега МОЛЧАНА аўтарам адной песні. “Стася”, “Маргарыта”, “Кума”, “Падманіце мяне”, “Калі мы былі юныя”, “Гуляй, казак” увайшлі не толькі ў “залатую калекцыю” вялікага калектыву, але і ў гісторыю беларускай музыкі. Пра тое, чым яшчэ (і вельмі шматлікім) яму абавязаныя “Песняры”, і чым ён — яшчэ больш шматлікім — абавязаны ансамблю, наша гутарка з кампазітарам.

— Ты будзеш удзельнічаць у якіх-небудзь мерапрыемствах, прысвечаных 50-годдзю “Песняроў”?

— Так, мне патэлефанаваў кіраўнік Беларускага дзяржаўнага ансамбля Раман Козыраў і запрасіў выступіць з ім 12 ліпеня на “Славянскім базары ў Віцебску” на юбілейным канцэрце. Сёння абмяркоўваецца, як магла б выглядаць мая прысутнасць — у якасці толькі кампазітара або кампазітара і музыканта на сцэне. Але я і сам святкую 50-годдзе. На расійскай “Фірме Мелодыя” да канца года павінна выйсці пласцінка з маімі песнямі — у тым выглядзе, у якім іх калісьці выконвалі “Песняры”. А ў новы альбом маёй жонкі Ірыны Відавай, які таксама рыхтуецца ў Маскве, увойдзе песня “Падманіце мяне”. І гэты яе варыянт я лічу адным з лепшых (дарэчы, варта нагадаць, што легендарная “Мелодыя” запісвала і выпускала першыя дыскі “Песняроў”).

— Але гэта была зусім іншая эпоха. А як успрымаюць “Песняроў” сёння?

— Ведаеш, я магу меркаваць пра гэта хіба па маіх выпадковых гутарках з людзьмі ў Расiі ды іншых краінах былога СССР. І выснова несуцяшальная: пры ўсёй безумоўнай велічы ансамбля, масавая публіка сёння добра калі нешта пра яго ведае. Натуральна, тут я не маю на ўвазе тых, хто “ў тэме” — хаця іх шмат.

— І чаму так здарылася?

— “Песняры” самі ж і вінаватыя, што развеялі сваю славу. Развал ансамбля і тое, як ён адбываўся, вельмі негатыўна адбіўся на яго іміджы. На апошнім нашым “паседжанні” я прасіў і Улада Місевіча, і іншых, каб яны вярталіся: маўляў, чорт з імі, з гэтымі непаразуменнямі, як-небудзь сшыецца. Але глядач жа не вінаваты, ён хоча бачыць побач з Мулявіным і Дайнеку, і Пеню, і Місевіча. Аднак што атрымалася, тое атрымалася. І калі музыканты “Беларускіх песняроў” сталі наракаць на з’яўленне клонаў “Песняроў”, я адказваў: дык вы ж першымі ў гэтым шэрагу і з’явіліся!

— Што ўваходзіла ў абавязкі Алега Молчана ў “Песнярах” — акрамя грання на клавішных?

— Я пісаў песні, рабіў аранжыроўкі, праводзіў рэпетыцыі з інструменталістамі, часам са спевакамі — распісваў для іх вакальныя партыі. Натуральна, інструментальныя таксама. Нешта падыходзіла, нешта не. Памятаю, аднойчы мы паспрачаліся з Мулявіным. У мяне было сваё бачанне ўступу песні “Чырвоная ружа”, у яго сваё. Праходзіць пара дзён, я разумею, што мае рацыю Георгіевіч! А ён мне: “Усё правільна ты мне пра тую партыю казаў”… Так мой уступ і застаўся. Што яшчэ… Так, пастаянна адбіраў музыкантаў. А Мулявін іх, вядома ж, зацвярджаў. І Валодзю Марусіча я запрасіў, і Віцю Малчанава, і Аліка Кацiкава — шмат каго. А ў 1998 годзе я афіцыйна стаў музычным кіраўніком ансамбля. Не высокія інстанцыі мяне ім прызначылі, а сам Мулявін падзяліўся са мной сваім уплывам, уладай, аўтарытэтам. Бо давяраў мне.

— Ён жа цябе і паклікаў у “Песняры” ў 1989-м, а апынуўся ты ў іх складзе двума гадамі пазней. Любы іншы на тваім месцы ўсё кінуў і пабег бы адразу, а ты чамусьці паўзу вытрымаў…

— У 1989-м я збіраўся паступаць у кансерваторыю на спецыяльнасць “Кампазіцыя”, а яна мела толькі вочнае аддзяленне. Гэта значыць, трэба было б неяк разрывацца паміж вучобай і ансамблем. (Праўда, паступіў я ў кансерваторыю ў 1991-м і ў канцы таго ж года сышоў у “Песняры”!) Мулявін, як я адчуваў, пакрыўдзіўся на маю адмову пайсці да яго.

— А як адбылося вашае знаёмства?

— Дзякуючы паэту Аляксандру Лягчылаву. У нас з ім было напісана некалькі песень, і неяк ён мне сказаў: “Зараз будзе адзначацца 500-я гадавіна Францыска Скарыны. З гэтай нагоды нейкі конкурс сярод кампазітараў абвясцілі. Давай напішам праграму пра Скарыну!” Вершы ў Аляксандра Кузьміча, аказваецца, ужо былі. І атрымалася ў нас рок-паэма з шасці — сямі песень і двух інструментальных нумароў “Ave sole, альбо Словы Скарыны” — хвілін на 35. Трэба было яе кудысьці прыладкаваць. Хадзілі-хадзілі, Лягчылаў тэлефанаваў камусьці — і, нарэшце, паведаміў: “Песнярам” жа 20 гадоў спаўняецца, добра гэтыя дзве даты сшываюцца. Давай Мулявіну пакажам праграму, я ўжо з ім папярэдне пагаварыў”. А “Песняроў” я ўжо тады лічыў самым галоўным калектывам СССР.

Прыйшлі ў філармонію, дзе тады базаваўся ансамбль, я сыграў Мулявіну тыя песні. Ён паслухаў: “Ну добра. А што ты заўтра робіш?” — “Заўтра? Нічога. Толькі вечар заняты — я ў рэстаране музыкантам падпрацоўваю”. — “Прыходзь у студыю, я хлопцаў папярэджу. А пакуль рабі аранжыроўкі — будзем рабіць праграму”. Я нават пахвалявацца не паспеў, так усё проста атрымалася!

Мулявін адразу загрузіў мяне аранжыроўкамі некалькіх іншых песень. А ў Маскве, дзе праграму пра Скарыну добра прынялі ў канцэртнай зале “Расія”, ён мне і прапанаваў увайсці ў склад ансамбля. І я яму ўсё растлумачыў наконт кансерваторыі: “Трапіць да вас — гэта за шчасце! Але… Давайце я ў вас буду пазаштатным работнікам? Заўсёды пад рукой”. І стаў працаваць у ансамблі аранжыроўшчыкам.

— Але ўрэшце кансерваторыю ты кінуў…

— Таму я і не сябра Беларускага саюза кампазітараў — бо не маю вышэйшай музычнай адукацыі. Кінуў у тым ліку і таму, што “зашыўся” з праграмай на вершы Багдановіча “Вянок” (на яе аранжыроўку Мулявін мне адвёў два месяцы). Гэта былі ў большасці сваёй толькі нотныя радкі — мелодыі. Мне неабходна было дапісаць уступы, інструментальныя пройгрышы, надаць усяму гэтаму завершаную форму. Праца над “Вянком” выглядала прыкладна так: я рабіў партытуры і распісваў партыі, затым гэта ўсё прыносіў на рэпетыцыю і ўжо ў працэсе выканання кожны з удзельнікаў мог унесці сваю лепту: напрыклад, Мулявін або Дайнека дадавалі бэк-вакалы, Растопчын — гітарныя ўпрыгожванні, Бяляеў — барабанныя збіўкі… І пасля рэпетыцый я карэктаваў свае аранжыроўкі.

У гэтым, па сутнасці, і заключалася зладжаная праца ансамбля. Потым ён з гэтай праграмай паехаў туды, потым — сюды. Так я сесію і прапусціў. Акадэмічны адпачынак мне не далі — сказалі, што трэба паступаць нанова. “Ну і халера з гэтай кансерваторыяй!” — вырашыў тады я. Тым больш, у “Песнярах” ужо прыпрацаваўся.

Я, дарэчы, і цяпер пры сустрэчы “падколваю” Міхаіла Антонавіча Казінца, які ў той час быў рэктарам кансерваторыі: маўляў, што ж вы насустрач студэнту не пайшлі? А ён адказвае: “Ды ты мне “дзякуй” павінен сказаць! Калі б я так не зрабіў, ты б нармальным кампазітарам не стаў!”

— На наступны год пасля твайго прыходу ў ансамбль яго пакідаюць такія знакавыя фігуры, як Уладзіслаў Місевіч і Валерый Дайнека…

— …і Валодзя Бяляеў, і Саша Растопчын.

— Ці было адчуванне, што не ўсё ў парадку ў плане чалавечых узаемаадносін?

— Калі дарослыя мужыкі столькі гадоў знаходзяцца разам у цягніках, гасцініцах, на гастролях, нейкія трэнні непазбежныя. Немагчыма быць белымі і пушыстымі з года ў год. Я не ўмешваўся ў гэтыя “цёркі” — і таму, што толькі прыйшоў у калектыў, і праз свой малады век: мне ж тады было ўсяго 26 гадоў. Я і дагэтуль лічу, што ў кожнага была і ёсць свая праўда. Але! Заўсёды заставаўся на баку Уладзіміра Георгіевіча: i ў 1998-м, і пазней. Аднак пры гэтым я б паспрачаўся з даволі распаўсюджаным меркаваннем: маўляў, Мулявін — гэта настаўнік, а ўсе астатнія “песняры” — вучні. Ткачэнка, Бярнштэйн або Палiвода — і выдатныя музыканты, і таксама тыя яшчэ педагогі, ва ўсіх сэнсах. У рэшце рэшт, я таксама не лыкам шыты. А Мулявін быў у першую чаргу ідэйным натхняльнікам, маторам ансамбля.

— Акрамя “Ave sole…” і “Вянка”, у тваім актыве яшчэ дзве канцэптуальныя праграмы “Песняроў”, якія выйшлі адна за адной: “Голас душы” і “Вольнасць. Казацкая вольніца”.

— Дарэчы, калі б я аранжыраваў “Вянок” сёння, зрабіў бы яго трошачкі больш складаным. Хтосьці кажа, што там геніяльныя аранжыроўкі, хаця яны простыя і зразумелыя. Але я б ускладніў. А тады на гэта не было часу.

“Вольніца” — разнамоўная праграма, сабраная з розных песень і не надта рэжысёрскі выбудаваная. Эклектычная, вясёленькая. Па чутках, Мулявін дзесьці пазнаёміўся з казакамі — беларускімі, і тыя папрасілі яго скласці нешта такое. Мая песня з яе “Гуляй, казак” да гэтага часу шыкоўна ідзе, многія калектывы яе спяваюць.

“Голас душы” — вельмі цікавая праграма. І не толькі таму, што там была “Малітва”… І не праз песню “Хрыстос уваскрос” на вершы Дзмітрыя Меражкоўскага. Яе вялікая вартасць палягае ў тым, што песні выконваліся сумесна з Дзяржаўным камерным хорам Рэспублікі Беларусь. (Я ж харавік-дырыжор па адукацыі!) А ў канцэртах, дзе “Песняры” гралі “Голас”, прымалі ўдзел знакамітыя “Харошкі”.

— Якімі былі для цябе гэтыя гады працы ў “Песнярах”?

— 1990-я самі па сабе былі вар’яцкімі: цяжкія, але жудасна чумавыя, шалапутныя. Самыя лепшыя гады майго жыцця — калі я працаваў у найлепшым савецкім і постсавецкім калектыве. Чым і ганаруся.

— Але наступіў момант, калі ты з яго сышоў…

— Мне Мулявін, дарэчы, так і не падпісаў заяву аб сыходзе… Усё вельмі проста. У 1998-м я набраў “свой” апошні “песняроўскі” склад. Але… Сярэднія былі хлопцы (за выключэннем Вадзіма Касенкi). Вакол “Песняроў” тады склалася такая атмасфера — з усімі гэтымі скандаламі — што ў ансамбль ніхто не хацеў ісці. Я стаміўся ўгаворваць людзей. І, шчыра кажучы, усё яшчэ чакаў, што ўдасца дамовіцца з Місевічам і Дайнекам. Так, яны вельмі пакрыўдзілі Уладзіміра Георгіевіча (мы ўсе не падарункі, але тая сітуацыя — гэта ўжо было залішне). Тым не менш, магчымасць дараваць адзін аднаго была. Аднак кубак трэснуў моцна. І Мулявін якраз тады задумаўся пра тое, каб якім-небудзь чынам вярнуць у ансамбль Кашапарава і Барткевіча. Мая жонка Ірына, між іншым, таксама яму гэта раіла.

А я глядзеў на новы склад — і бачыў, што ў цэлым гэта ўжо не “Песняры”. Хтосьці падыходзіў, а ў кімсьці нават і духу “песняроўскага” не адчувалася, ды і прафесіяналізму не хапала. І я Мулявіну сказаў: “Я вас вельмі люблю, паважаю, але больш так не магу”. Ён мне: “Я таксама жудасна стаміўся. Усё бачу. Ну… граюць і хай граюць”. Я: “Мне ўсяго 35. Што мне з усім гэтым рабіць? “Песняры” заўсёды былі эталонным калектывам і я хацеў бы працаваць менавіта ў такім ансамблі”. Мулявін: “Я цябе не адпускаю…” Але ў 2000-м з “Песнярамі” я расстаўся. Аднак па-ранейшаму падтрымліваў стасункі з Уладзімірам Георгіевічам — хоць бы на ўзроўні шашлыкоў на лецішчы…

— “Песняры” для Алега Молчана — гэта…

— …людзі, што ўвасабляюць сабой творчую спадчыну Беларусі. Для мяне гэта не проста ансамбль — з мінулага і сучаснага. Гэта цэлая супольнасць музыкантаў, паэтаў, кампазітараў, мастакоў, якія звязаны паміж сабой адной ідэяй — развіваць нашу культуру. Гэта і ёсць прызначэнне “Песняроў”.

Аўтар: Алег КЛІМАЎ

Олег Молчан: Нужно осваивать рынок цифровой дистрибьюции

18 декабря, 2018

В этом году белорусский композитор Олег МОЛЧАН стал президентом Евразийской конфедерации обществ правообладателей. Он поделился своим видением развития культуры на территории ЕАЭС.

— Прошло уже больше ста дней после избрания вас президентом ЕАКОП. Удалось за это время хотя бы познакомиться со всеми?

— Действительно, много времени требуется для того, чтобы изучить структуру, познакомиться с лидерами более 200 организаций-правообладателей, входящих в ЕАКОП. Пока это молодая организация: ей всего полтора года. Сейчас решается много организационных вопросов, устанавливаются параметры работы ЕАКОП. Могу сказать, что следующему президенту, а уставом предусмотрена ротация, будет легче. Тем не менее мы постоянно на связи. Из последних значимых публичных мероприятий в актив ЕАКОП я отнес бы наше участие в работе VІІ Санкт-Петербургского международного культурного форума.

— Нашу страну на этом форуме представляли певица Ирина Видова и вы. Какие темы белорусская делегация предложила для обсуждения коллегам?

— Ирина в своем докладе много внимания уделила возможности самореализации, сотрудничества с творческими союзами и социальной защищенности представителей творческих профессий. Я больше коснулся вопросов евразийской культурной интеграции. На мой взгляд, экономическое сотрудничество между странами давно и активно развивается, а в культурном направлении все еще находится в начальной стадии. Однако если посмотреть с другой стороны — мы видим практически свободное поле для деятельности.

— Не уверена, что такое уж свободное… Еще живут некоторые фестивали с советской историей, а некоторые и реанимируются.

— Могу объяснить, в чем тут дело. Популярность культурных проектов, которые существуют еще с советских времен, держится на долгом и постоянном действии. Но, естественно, она понемногу уходит, так как новому поколению интересно что-то другое. Между тем мы часто наблюдаем и реанимацию популярных советских проектов. Это уже бренд, который худо-бедно на слуху, и готова концепция, сформирован зритель.

Есть несколько фестивалей-долгожителей, которые держатся на плаву долгие годы, получая большую поддержку государства. Например, фестиваль «Славянский базар в Витебске», который был основан в самом начале 90-х, точнее перерожден из фестиваля польской песни. На сегодняшний день этот фестиваль достаточно популярен у людей среднего и старшего поколения — он и будет оставаться таким. Хотя в программе «Славянского базара» бывают концерты музыки другого формата, все же его имидж узнаваем и обозначаем, как фестиваль времен советской эстрады. Почему бы на базе Евразийской платформы не организовать современный фестиваль, создав таким образом площадку, на которой, помимо известных и узнаваемых, могут быть представлены те авторы и исполнители, которые не совсем вписываются в концепцию «Славянского базара», и название может быть соответствующее, скажем, «Созвездие Евразии».

— Проведение концертов сейчас дорогое удовольствие… Фестивали проводятся периодически, а артист работает постоянно, ему нужно как-то популяризовать свое творчество и банально зарабатывать на жизнь.

— Одним из важных моментов считаю размещение произведений искусства в цифровом виде. Именно международные цифровые площадки, такие как YouTube, iTunes и другие, на сегодняшний день являются самыми актуальными для продвижения аудио- и визуальной продукции. Уже большая часть музыки продается в цифровом виде на сайтах с ценой за скачивание каждого произведения, а издания в формате CD и DVD приобретают статус сувенирной продукции. Поэтому сейчас очень актуально осваивать рынок цифровой дистрибьюции и активно внедряться в него.

Юбилейный концерт Ирины Видовой «Секрет счастья» записала Белтелерадиокомпания. После многократных эфиров на родине, по согласованию с Белтелерадиокомпанией, мы вышли на телеканалы в России и разместили концерт в их эфире. Теперь у нас в активе позитивные отклики из разных регионов России — от Владивостока до Смоленска — и приглашения выступить. Это всего лишь наша частная инициатива, а если такую работу организовать, то польза будет несомненная. Причем двойная: это и взаимное обогащение культур, популяризация артистов, соответственно, расширение рынка их деятельности и достойный заработок. Я считаю, что для координации такой деятельности должна быть создана централизованная система, например, Евразийская продюсерская организация, которая бы соединила все связи по медиаструктурам, творческим коллективам или по региональным организациям. Это касается не только концертной работы и размещения аудиовизуальной продукции в эфире, но и поиска новых форм и организаций различных творческих проектов. Мне кажется, что это вполне выполнимая задача.

— Как президент ЕАКОП, вы знакомы с законами об авторском праве во многих странах. Не создают ли различия в них проблем, допустим, при тех же трансляциях концертов в разных странах?

— В этой деятельности я вижу возрастающую роль Евразийской конфедерации обществ правообладателей как глобальной и ведущей организации всех правообладателей на территории Евразии. В нашем уставе есть пункт, по которому ЕАКОП осуществляет разработку и внедрение единых стандартов деятельности и управления, а также контроль их соблюдения на территориях деятельности членов. Хотелось бы, чтобы решения, принимаемые в ЕАКОП, больше влияли на действия правительств стран-участниц, которые входят в состав конфедерации. Таким образом, за некоторое время мы при централизованной работе сможем установить единые правила для всех.

Автор: Оксана Яновская

Фото: Таня Вельт

Белорусский композитор и музыкальный продюсер Олег Молчан об авторском праве

28 августа, 2018

Фото Михаил Маруга

Ирина Видова: До желания готовить обеды надо дорасти

21 августа, 2018

Личная жизнь

Привычный сценический имидж певицы Ирины Видовой — утонченная беззаботная блондинка. Правда, в последнее время образ постепенно меняется: Ирина прекрасно понимает, что хорошо в 20 лет, в 40 порой смотрится наигранно.

Признаюсь, с семейно-творческим дуэтом Ирина Видова и Олег Молчан знакома более десяти лет, а вот домой к ним впервые попала совсем недавно. Повод был — новоселье. И эти люди открылись с совершено с другой стороны.

Домашнее видео Ирины Видовой

Ирина и Олег — мои соседи — между нашими домами одна станция метро. Квартиру они купили на вторичном рынке, полагая, что здесь все понятнее и прозрачнее. Сложившаяся инфраструктура тоже имеет значение. Дом в Покровском квартале не из дешевых, но в то же время без особых претензий на элитное жилье.

Когда зашла в подъезд, отметила, что он несколько обшарпанный, а дому-то всего 18 лет. В лифте еще сохранился запах моющих средств: видно, что сделали генеральную уборку, но настенная живопись так и осталась. На площадке Иры и Олега оценила свежеокрашенные стены.

И первый вопрос после приветствий был как раз о стенах:

— Заодно и на площадке сделали ремонт?

— Пришлось, — ответила Ирина. — Мне не понятно, когда дома у тебя чистота и порядок, а места общего пользования в плачевном состоянии.

— На чердаке был жуткий бардак, — включился в разговор Олег. Наняли клининговую компанию, а Ирочка руководила процессом.

— Вот вам и гламурная блондинка¸ — смеюсь.

И.В. — Все убрали, а в одно утро выходим из квартиры, на площадке жуткий запах, какие-то бутылки, окурки… Решила выяснить, кто порядок нам портит. Начала искать систему видеонаблюдения в подъезде и нашла компанию «Мультисервисные системы», предлагающую идеальные для нас условия: камера устанавливается на площадке, а через компьютер и смартфон у меня есть доступ к изображению в режиме реального времени. Если какой-то визитер не понравится, можно получить запись архива. Подкупило еще то, что саму камеру покупать не нужно, ее предоставляет фирма, а мы платим лишь абонентскую плату. Как ни крути — экономия, а ремонт — такое дело, что как бы скрупулезно не составлял смету, все равно добавятся какие-то расходы.

— В первые же сутки работы камеры выяснили, что нашу площадку облюбовал человек без определенного места жительства. Вызвали милицию, и больше мы его здесь не видели, — рассказал Олег.

И.В. — Вторая история с курильщиками. Выхожу — пепел, окурки, сигаретный дым. Просмотрела записи: молодая пара, которая недавно поселилась этажом ниже. Объявления на каждом этаже о штрафе за курение в подъезде их не остановили. Более того, говорят: «Это не мы». Пришлось обращаться к участковому, больше молодые люди в подъезде не курят.

— Не нажили себе врагов в новом доме?

И.В. — Нет. Мы просто показали, как с этим можно эффективно и в рамках закона бороться.

Сколько видела Молчанов, всегда восхищалась их трепетным отношением друг к другу. Они вместе 25 лет, а выглядят как молодые влюбленные.

— Говорят, творческим людям нелегко ужиться…

— Нам легко, потому что единомышленники, — говорит Олег. — Я когда увидел Иру, сразу понял, что мне нельзя ее упустить: красивая, талантливая, умная. Мы как-то сразу определись с приоритетами и ценностями в нашей общей жизни. Думаю, не каждая жена легко бы согласилась с тем, что часть заработка надо откладывать на творческое развитие.

И.В. — С первой встречи нам не хотелось расставаться, мы сразу почувствовали себя на одной волне. Вскоре у нас появилась и песня с таким названием.

— Ира, до встречи с Олегом ты тоже писала музыку. Это с твоей стороны жертва или четко продуманный шаг?

— Точно не жертва. Я понимала, что Олег — не просто лучший, он — гений. Значит, у меня будет замечательный репертуар. Но если ты думаешь, что уже в день знакомства он написал для меня песню, то нет. Он долго присматривался ко мне на сцене. Первая же песня Олега в моем репертуаре имела успех, на этом я завершила свои композиторские опыты. И ничуть не жалею. Потому что как бы хорошо не складывались личные отношения, творческая ревность — вещь не из приятных, а нам важен душевный комфорт, взаимоуважение.

— Ира, тебе было всего 20 лет, когда встретилась с Олегом — не сложно было взваливать на себя бытовые вопросы?

И.В. — Первые годы он (быт) был у нас весьма облегченный. Например, я почти не готовила — питались в кафе. Знаешь, мне кажется, вот до этого состояния, когда появляется желание готовить обеды, делать заготовки, нужно дорасти. Это должно быть в радость, а не принудительно.

О.М. — Не верь, когда говорят: семейная лодка разбилась о быт. Она разбивается о неумение людей договариваться. Быт в наше время организовать несложно. Жениться нужно не ради устройства быта или как это было лет сорок назад ради легализации секса, а для того, чтобы рядом был близкий и надежный человек.

— Опять-таки, нужно уметь правильно расставить приоритеты. Когда мы готовили юбилейный концерт Ирины, прекрасно понимали, что сейчас важнее всего репетиции, и требовать, чтобы в это время жена еще и обед готовила, я не мог. Знаю, насколько Ира требовательна к себе и ко всем участникам шоу, понимаю, какой это нелегкий труд. Да и я за роялем не подарок: семь потов с музыкантов сгоню.

На что музыкантам не жалко денег в Париже

—Знаю, что при подготовке концертов, модель поведения: сделайте нам бесплатно или за три копейки, вы не приемлете. А еще как-то после совместных посиделок в кафе, я заметила, что кошелек у Иры. Почему?

О.М. — Тут все просто: бесплатно или за три копейки хорошо не будет. Программка за три копейки отличается от изготовленной в хорошей полиграфической компании, как и фотосессия мастера от снимка на смартфон. Ирин юбилейный концерт получил высокую оценку публики и прессы. Более того, нас попросили повторить его на бис. Я убежден, что в нашей стране может быть качественное шоу, если за дело берутся профессионалы и не жалеют денег. В шоу-бизнесе, как и в обычном, действует правило: чтобы получить, нужно инвестировать.

И.В. — Олег не любит наличку, особенно с копейками как-то не подружился. Говорят, короли тоже ходят без денег. У мужа в портмоне карточка, правда, я всегда стараюсь и несколько купюр положить туда. Конечно, мы оговариваем все крупные траты, а в ежедневных расходах никто никого не контролирует.

О.М. — Абсолютно спокойно доверяю Ире деньги. Она с юных лет зарабатывает и понимает всему цену. Но вот женщине, которая не работает и знает только слово «дай», я кошелек бы не доверил.

— Свою серебряную свадьбу вы отметили во Франции. Сделали набег на галерею Лафайет? Часто путешествуете?

И.В. — Если честно, то в этой галерее цены весьма завышены. Мы любим качественную одежду, но по разумным ценам. Переплачивать за бренд или место продажи не вижу смысла. Но немного косметики во Франции приобрела.

О.М. — Путешествовать хотелось бы чаще. Мы предпочитаем познавательный отдых. Прогулялись по Монмартру, посетили Лувр, побывали на могиле Шопена. И если в галерее мы не разбрасывались деньгами, то на посещение «Мулен Руж» средств не жалели. Я считаю, что в программе отдыха музыканта обязательно должны быть концерты, шоу и прочие культурные составляющие.

Оксана ЯНОВСКАЯ

Фото: Алексей Волков, личный архив Ирины Видовой и Олега Молчана

Олег Молчан возглавил конфедерацию правообладателей ЕАЭС

8 июля, 2018

На внеочередном заседании Генеральной ассамблеи и Президиума Евразийской конфедерации обществ правообладателей (ЕАКОП), проходившей в Москве, избрали высшее руководство. Портфель президента Конфедерации получил белорусский композитор Олег Молчан.

В нашей стране Олег Молчан известен как первый музыкальный руководитель ВИА «Песняры», автор духовного гимна Беларуси – песни «Малитва» на стихи Янки Купалы. Он – автор хитов, которые исполняют популярные артисты: Ирина Видова, Анатолий Кашепаров, Леонид Борткевич, Вадим Косенко, вокальная группа «Чистый голос» и др. Своим творчеством Олег Молчан доказал, что белорусская песня – это не только классика жанра, но и современность. Его песни постоянно ротируются на многочисленных радиостанциях Беларуси, а также в странах ближнего и дальнего зарубежья, звучат в эфирах телепередач.

В кругу коллег Олег Молчан известен как принципиальный и успешный защитник авторских прав. Композитор возглавляет Авторский совет Национального центра интеллектуальной собственности Беларуси.

В прошлом году в Минске состоялось организационное собрание Евразийской конфедерации обществ правообладателей. В течение года ЕАКОП руководил генеральный секретарь организации Андрей Кричевский, генеральный директор Российского союза правообладателей и Всероссийской организации интеллектуальной собственности, председатель совета директоров Российского авторского общества. Он сохранил свою должность, а президентом Конфедерации избрали Олега Молчана.

– Признаюсь, для меня это было неожиданно. Полагал, что на первый президентский срок изберут представителя от России, а персонально – Игоря Крутого, – делится Олег Молчан. – Но до голосования дошли две кандидатуры: Игорь Бутман и я. Очень приятно, что меня поддержали коллеги и почетно, что первым президентов международной конфедерации стал белорус. Понимаю, что предстоит много работы.

– Какие первые шаги намерены предпринять?

– Проблем с авторским правом хватает в каждой стране. Я считаю, что люди интеллектуального труда не должны ущемляться в своих правах. Все знают, что нельзя в магазине украсть понравившуюся вещь, но почему-то кража интеллектуальной собственности мало кого смущает. Так что предстоит большая

просветительская работа. Нам нужно не только обеспечить сбор авторских, но и вернуть престиж творческих профессий, уважение к их представителям. Если композитор не ходит каждый день на службу в учреждение, это не значит, что он бездельник.

– Насколько серьезны авторские отчисления, может ли композитор, поэт прожить на эти деньги?

– Сумма авторских зависит от частоты использования произведения. Конфедерация очень мощно о себе заявила: за год собрано 130 миллионов евро авторских отчислений членов нашей организации. Труд творческого человека должен быть достойно оплачен, а отчисление авторских – одна из важных составляющих материального благополучия. Это очень вредный миф, что творец должен быть голодным, тогда он напишет шедевр. Мои песни хорошо ротируются и могу сказать, что авторских достаточно на текущие расходы. К сожалению, в нашей стране есть злостные неплательщики авторских и с ними нужно тоже работать. Мне не привыкать, я имею, не побоюсь показаться нескромным, уникальный опыт в этой сфере и надеюсь сплотить коллег, привлечь национальных экспертов к выполнению общих задач, которые ЕАКОП ставит перед собой.

– Олег, в состав президиума ЕАКОП входят музыканты, художник, драматург, артисты, то есть представители практически всех творческих цехов…

– Совершенно верно, и я хочу сказать, что мы готовы сотрудничать и помогать всем, кто сталкивается с нарушением своих авторских прав. Это не только композиторы, которые, может, громче других сказали о существующих проблемах. Знаю, что нарушатся права литераторов, художников, журналистов. Уверен, что защита авторских прав – это далеко не только финансовый вопрос, это прежде всего вопрос самоуважения. Поэтому призываю все объединяться и цивилизованным способом защищать свои права.

Наша справка:

Евразийская конфедерация обществ правообладателей (ЕАКОП) – международная неправительственная организация, в состав которой входят ведущие национальные общества, занимающиеся управлением различными категориями авторских и/или смежных прав в странах – членах Евразийского экономического союза, Содружества Независимых Государств, странах БРИКС и иных странах.

С апреля 2018 года ЕАКОП – член международной организации «Ассамблея народов Евразии», которая формирует интеграционную модель большого евразийского партнерства на общественном уровне, объединяя свыше 2500

представителей некоммерческих организаций, деловой и интеллектуальной элиты из 67 стран евразийского континента.

В июне этого года Конфедерация стала ассоциированным членом Международной конфедерации обществ правообладателей и композиторов (CISAC), объединяющей 239 организаций по коллективному управлению авторскими и смежными правами из 121 страны мира. Штаб-квартира Конфедерации располагается в Москве (Российская Федерация).

Автор: Оксана ЯНОВСКАЯ

Фото из архива Олега Молчана

Молчан и Видова: не спешите судить народных артистов

7 июля, 2018

Президент Евразийской конфедерации обществ правообладателей (ЕАКОП), композитор Олег Молчан и певица Ирина Видова о новых подходах в защите авторских прав и нашумевшем “деле Ханка”.

На радио Sputnik Беларусь субботний выпуск программы “Горизонт событий” с участием специальных гостей — белорусского композитора, президента Евразийской конфедерации обществ правообладателей (ЕАКОП) Олега Молчана и певицы Ирины Видовой.

Вопрос охраны авторских прав и интеллектуальной собственности приобретает все более весомое значение в деле цивилизованного использования плодов творчества композиторов, поэтов, аранжировщиков, исполнителей и всех участников сложного процесса создания произведений искусства. Новый президент Евразийской конфедерации обществ правообладателей Олег Молчан, певица Ирина Видова и ведущий радио Sputnik Беларусь Вячеслав Шарапов обсуждают ситуацию в области защиты правообладателей на примере тяжбы Эдуарда Ханка с Ядвигой Поплавской и Анатолием Ярмоленко.

Полную версию беседы с композитором, президентом Евразийской конфедерации обществ правообладателей (ЕАКОП) Олегом Молчаном и певицей Ириной Видовой в студии радио Sputnik Беларусь смотрите на видео в первоисточнике.